Сеть [Buzz] - Андерс де ла Мотт

Именно так назывались эти знаки отличия в CSI.[32]

Четыре пальца с обратной стороны руки и большой палец спереди. Ему довелось наблюдать это раньше — в реальной жизни.

Глубоко затянувшись джойнтом,[33]он на несколько секунд задержал дыхание, прежде чем послать столб липкого дыма в потолок, прямо на пожарную сигнализацию.

Анна Аргос дико рассердилась, когда проснулась, однако ему почему-то показалось, что ее злость была связана с синяками, а не с фактом его пребывания в ее постели.

Он сделал новую затяжку и послал детектору пожарной сигнализации еще один сладкий привет.

Как и в прошлый раз, никакой реакции не последовало — и неудивительно, ибо он, как уже много раз раньше, заранее обмотал пластиковую хреновину шапочкой для душа, которую нашел в ванной.

Помимо синяков его удивил еще один момент.

Анна — типичная бизнес-леди, а такие обычно всегда держат телефон под рукой.

У нее в люксе он искал глазами телефон — осмотрел все горизонтальные поверхности и тогда, когда она потащила его в постель, и позднее, когда она выкинула его вон. Однако телефона нигде не увидел.

Конечно, это могло оказаться случайностью, однако теперь, задним числом, он не мог отделаться от мысли, что дамочка специально спрятала трубку.

* * *

— Мальмен!

Он остановился посреди коридора, и Ребекка жестом пригласила его войти в ее комнату. Заканчивая телефонный разговор, она жестом пригласила Мальмена сесть, однако он остался стоять.

— Проверь, чтобы все вещи были собраны. «Сведфорс 24» получил разрешение на вылет в 7.00, так что мы отъезжаем в 5.45.

Он кратко кивнул.

— А машины?

— Оставим их в аэропорту. На мой вкус, Глад и Берглунд прекрасно могут отогнать их обратно в Хартум, если эти господа не желают проследовать с нами обратно в Стокгольм.

Мальмен криво улыбнулся и пожал плечами.

— Это твое решение…

— Что ты имеешь в виду, черт побери?

Злость, которую ей до этого момента удавалось сдерживать, внезапно заполыхала с утроенной силой.

— Ничего, успокойся!

— Я совершенно спокойна! — прошипела она. — Просто хотелось бы узнать, что ты имеешь в виду, говоря, что это «мое решение»? Ты не разделяешь мое мнение о необходимости эвакуации? Ты тоже считаешь, что никакого террориста не было?

— Я просто думаю о машинах, Нурмен. О’кей?

Несколько мгновений она внимательно изучала его, пытаясь внутренне успокоиться.

— О’кей…

И только когда за ним закрылась дверь, Ребекка осознала, что так и не получила ответа на свой вопрос.

* * *

Телефонный звонок заставил его уронить косячок.

Оказывается, он задремал, и теперь ему пришлось шарить рукой по полу, чтобы не допустить прожженной дырки в гостиничном ковре.

— Алло!

— Алло, Томас, это Венсан. Как дела, мой друг?

Прошло несколько секунд, прежде чем аксоны в его затуманенном травой мозгу подключились к правильному центру.

Томас — это его последняя легенда. Томас Андерсен из Тронхейма в Норвегии. В тюрьме ему довелось сидеть с мелким мошенником из Бергена, так что он умело изображал малопонятные гортанные звуки новонорвежского языка.

— Бонжур, Венсан, а у тебя как?

— Хорошо, очень хорошо. Прости, что не связались с тобой раньше, но нам пришлось задержаться в Гоа. Возникли кое-какие проблемы с местными властями, сам понимаешь…

— Угу.

Эйч Пи подул на сигарету, чтобы огонек снова разгорелся.

— Послушай, Томми, завтра вечером мы собираемся рвануть в пустыню. Покататься, пожарить шашлыки и выкурить кальян с бедуинами. Хочешь с нами?

Он сделал глубокую затяжку.

— Само собой!

— Отлично! Мы заедем за тобой в пять часов. У нас предостаточно места в машинах, так что если хочешь взять с собой кого-нибудь, то отлично. À tout à l’heure![34]

Положив трубку, Эйч Пи ухмыльнулся, глядя в потолок.

Мистическая дама, ночные приключения в пустыне…

Тайны, которые предстоит раскрыть…

Впервые за много месяцев он снова почувствовал, что живет.

Game on![35]